• Переводчик 13, 2013
    Переводчик 13, 2013

  • Переводчик 12, 2012
    Переводчик 12, 2012

 
  • А. Сагратян. Введение в опыт перевода
    А. Сагратян. Введение в опыт перевода

  • О. Стельмак. Прекрасное пленяет навсегда...
    О. Стельмак. Прекрасное пленяет навсегда...

Уголок поэтов
Современная Забайкальская поэзия. Виктор Балдоржиев. Дух предков1


Переводчик: Виктор Балдоржиев


Современная Забайкальская поэзия

 

Виктор Балдоржиев

 

Дух предков1



1 /http://myblog-azarovkunkur-com.blogspot.com/

Меня зовут Балдоржин Цырен-Ханда. Имя тибетское, я оставил его при получении паспорта, ибо полагал, что это непростое имя. Через много лет узнал – имя мое переводится как Вечное Солнце. Виктором меня назвал при рождении украинец Степан Рябошапко. Его жена принимала роды. Оно и стало моим литературным именем… Когда думаю о том, что я член Союза писателей, то у меня начинают болеть мозги! Рожденный в славянской среде, большую часть жизни в этой среде я и прожил. Всю жизнь я писал стихи на русском языке, хотя никаких условий для занятий литературой, да и среды такой, у меня никогда не было и нет. При подведении итогов Года Русского Языка (2007) Указом Президента России Д. А. Медведева от 1 декабря 2008 года я был награжден медалью А. С. Пушкина. Ни членство в Союзе писателей России, ни награда никак не повлияли на мою судьбу и творчество, которое, надеюсь, будет полезно моим сородичам. Ведь меня, совершенно одинокого не только в русской среде и литературе, вел и ведет по жизни дух великих предков. Он пробуждается в нас, когда мы не оставляем ни одного шанса для жалкого выживания, именно тогда мы свободно Живем и Творим...

 

          22-23 марта 2012 года Виктор Балдоржиев принял участие во Всероссийском поэтическом фестивале им. Павла Васильева «Русский беркут» в г. Новосибирске, где организаторы собрали 20 лучших поэтов России, Украины и Беларуси, названных Достоянием наций.

 

Встречи

 

Я в Россию пришел из ковыльного края,

Из таинственных песен, звучанья веков.

Я родился, чтоб жить, языки сочетая

И сближая народы созвучием слов…

 

Встречи длились века. Помнят только поэты,

Как смешались обличья, наречья и кровь.

Позабыто родство, но рождаются дети,

Может, только затем, чтобы встретиться вновь.

 

Я пришел им напомнить. Назначить на место

Сочетания звуков, созвучия слов…

Все знакомы давно! Почему же не вместе?

И поймут ли меня? Первым был Вишняков!

  (Отрывок из книги памяти М. Вишнякова

                 «Между прошлым и будущим»)

 

 

Новые четверостишия

 

* * *

 

Когда исчерпаны сравненья

С другими в жизненной борьбе,

Народ находит утешенье

В печальных песнях о себе…

 

* * *

 

Как путь далёк! Уже темнеет,

Ни ног, ни рук не чую я…

И лишь костёр души согреет,

Спасёт от ближних и зверья.

 

* * *

 

Цветущая природа, умирая,

Нам говорит: желания умерьте,

Всего лишь миг от ада и до рая,

И помните о вечности и смерти.

 

* * *

 

Не ведая о том, что это тайна,

Ты мимоходом высказал случайно,

Играя мимолетными словами,

О чём гадают многие годами…

 

* * *

 

Глагольной рифмы не жалея,

Сумей одной строкой сказать,

Ведь подковать блоху сложнее,

Чем, скажем, лошадь подковать.

 

Не найдешь ни воли, ни покоя...

 

Не найдешь ни воли, ни покоя,

А найдешь, так сразу быть беде!

Не живут поэты и герои

В нулевой, посредственной, среде.

 

Жар души и жертвенность напрасны

Там, где пешки вышли в короли,

Для нуля все степени опасны,

Потому и властвуют нули…

 

Каждому укажет нуль на место,

Разбухая, множась, во сто крат.

И на диком празднике бесчестья

Все другие степени молчат!

 

Другу в деревню

 

А я в скворечнике бетонном

Сойти на землю не могу,

Ты в мире чистом и огромном,

В траве по пояс, на лугу.

 

Идешь и думаешь, что выше

Подняться надо над землей.

Но знал бы ты – какой я нищий,

Да и скворечник тот не мой…

 

Мне снится ночью запах хлеба,

Своя изба в родном селе.

И все мечты свои о небе

В стихи слагаю о земле.

 

Еще мне снится, что вдвоем мы

Картошку начали копать

В том мире – чистом и огромном,

Откуда все хотят бежать…

 

Перед ливнем

 

Когда грохочущие тучи

Плывут над пашней и рекой,

То так призывно и пахуче

Запахнет влагой и землей.

 

Они клубятся величаво

В лучах вечерней тишины,

Лазурно, розово, кроваво

Слегка, с боков, освещены.

 

В их дальнем гуле нет угрозы,

Они готовятся сейчас –

И в дымных чревах варят грозы

И ливни шумные на нас.

 

Там вьются горные дороги,

Смешав начала и концы,

Встают и падают чертоги,

Вздымаясь, рушатся дворцы.

 

Гроза и ливень близко-близко.

И Бог свой замысел вершит,

И всё, что мелочно и низко

Сметет с земли или с души…

 

На рассвете туманном и странном...

 

На рассвете туманном и странном

Станут гуси призывно кричать.

И тогда я во сне нереальном

Полечу белой тенью опять.

 

Полечу я туда, где пшеница,

Где шумит и колышется рожь,

Где садятся на озеро птицы,

А на озере лунная дрожь…

 

Хорошо! Никакого нет дела

До людей, суеты и забот.

Так душа, отделившись от тела,

Снова слившись с природой, живет!

 

Не гнетут там судьба или доля,

Там не нужен расчет, и еще –

Ни стремлений не надо, ни воли.

Хорошо… хорошо… хорошо…

 

Разум лжет по веленью желудка,

Но душа всех желаний сильней,

Отдыхает во сне от рассудка,

Где всегда предрассудок главней.

 

Голоса

 

Я купался в солёных озерах

И в осенней степи ночевал,

Видел радость земную во взорах

И костры у озёр разжигал…

 

Вороного седлал и гнедого,

Гнал гурты и отары овец.

И скитался, искал в мире слово,

И вернулся домой, наконец…

 

Незнакомо всё здесь и знакомо.

Бог берёг меня, видно, в огне,

Чтоб понятно мне стало лишь дома,

Что слова эти были во мне,

 

Что родились они здесь и жили.

И, смеясь у ночного огня,

Мои предки мне их говорили,

А потом воплотились в меня.

 

И от них никуда мне не деться:

Во мне – небо, и степь, и река,

И лазурное озеро детства,

Голоса, что звучат сквозь века.

 

В них степные звенят переливы,

Знойный полдень, парящий орёл.

И монгольские эти мотивы

Я на русский язык перевёл…

 

Уходи в туман и бездорожье...

 

Уходи в туман и бездорожье,

И забудь о мненьях величин.

Никогда пусть больше не тревожат

Поиски неведомых причин…

 

Ни к чему ни слава, ни держава:

Зыбких грёз угроза и гроза.

Пусть не ждут, как горькая отрава,

Женские печальные глаза…


И однажды, выйдя из тумана,

Оттолкни неспешною рукой

Всё, что догоняет непрестанно

И мешает быть самим собой.

 

Радость земная…

 

Так вот она – радость земная,

Таинственный смысл бытия,

Не поиски ада и рая,

А просто – родная Земля!

 

Дышать бы, как сосны и травы,

Летать бы, как птицы, вдали...

Я тоже частица по праву,

Частица чудесной Земли!

 

В бетонных тисках замирая,

Душа умирала во мне...

Я счастлив, устало шагая

По пыльной вечерней земле!

 

И ведаю, хоть не без страха,

(Не верю в бесстрашие я!)

Что плоть, сгусток жизни из праха,

Вернет себе  прахом Земля!

 

И в дымной космической бездне

Душа потеряет покой,

Увидев, как тело на место

Вернулось и стало Землей!

 

И вспомнит она, затоскуя,

Про спор о добре или зле,

Про жизнь и про радость земную

Со мной на прекрасной Земле!

 

Конь порвал золотую треногу

 

Конь порвал золотую треногу,

Ускакал грациозно легко.

Я давно собирался в дорогу,

Чтоб уйти далеко-далеко!

 

Под луной там трепещут озера,

Изумрудные звезды горят,

Спят спокойно долины и горы,

Звери там безмятежные спят...

 

Где решимость моя и отвага?

Поклоняясь моим же стихам,

Будут жертвовать люди мне блага,

А потом стану жертвою сам.

 

Завернут здесь в парчу мое имя,

Промелькнет за улыбкой оскал.

Был богат я конями своими,

Но последний мой конь ускакал!

 

Почему я стою у порога,

Неужель мне закрыты пути?

Конь порвал золотую треногу!

А куда без коня мне идти?